ГЛОБАЛЬНЫЙ КРИЗИС В РОССИИ

Реклама
 

Влияние глобального экономического кризиса на федеративный аспект функционирования политической системы Российской Федерации

В данной статье рассматривается влияние глобального экономического кризиса на функционирования политической системы в регионах Российской Федерации в контексте формирования федерализма.

Это крайсис!К концу XX в. многие территориальные институты федеральной власти в России оказались зависимыми от представителей региональной власти. Необходимость трансформации федеративных отношений и укрепление федеральной власти в регионах возникла из системного кризиса государственной власти, поскольку во многих регионах страны сложился режим личной власти их руководителя, способствовавший правовому нигилизму и экономическим нарушениям. Длительное время продолжались процессы сепаратизма, чреватого угрозой территориальной целостности государства. Именно в этом видится одна из наиболее значимых причин ослабления вертикали исполнительной власти. Неспособными обеспечивать реализацию положений Конституции и федеральных законов оказались и территориальные органы федеральной государственной власти (прокуратура, МВД, Минюст). Федеральные законы к началу нового тысячелетия не соблюдались более чем в 40 регионах Российской Федерации[1]. Таким образом, к концу двадцатого века сложилась реальная угроза распада Федерации, что потребовало от Президента РФ В.В. Путина незамедлительных действий, направленных на предотвращение развития негативных, центробежных тенденций в субъектах Федерации.

Российские политики, пришедшие к власти в 1999-2000 гг., коренным образом изменили отношение к практике формирования федеративных отношений в стране. В публицистике и научной литературе этот курс получил название политика «укрепления вертикали власти», полностью изменившей практику взаимоотношений центра и субъектов Федерации. Для всестороннего анализа авторитарных и демократических тенденций в политической практике современного российского федерализма, следует отметить, что важное изменение в системе взаимоотношений «центр-регионы» на рубеже XX-XXI вв. было связано с подписанием Указа Президента России от 13 мая 2000 г. № 849 «О полномочном представителе Президента Российской Федерации в федеральном округе» (с последующими изменениями и дополнениями)[2]. Указом были утверждены Положение о полномочном представителе Президента в федеральном округе и перечень семи федеральных округов с указанием субъектов, выполняющих функции центра федерального округа: Центральный, Северо-западный, Приволжский, Уральский, Сибирский, Северо-Кавказский и Дальневосточный федеральные округа. Данный Указ был необходим для реформирования федеративных отношений, укрепления федерации и усиления централизации, повышения влияния центра на политическую жизнь регионов и даже «укрупнения» субъектов Федерации, а в рамках этого общего процесса укрепление вертикали власти было лишь одним из необходимых нововведений. Таким образом, рассматриваемый Указ стал в некотором смысле точкой отсчёта новейшей российской государственности.

Однако в российской Конституции 1993 г. понятие «федеральный округ» отсутствует. Как полагает профессор кафедры конституционного и муниципального права Института государства и права Тюменского государственного университета Н.М.Добрынин, следует «констатировать явный правовой прецедент: в России за период с мая 2000 г. сформировались у нас на глазах семь полноправных (и даже более полноправных через институт представителей Президента РФ) субъектов РФ, обладающих практически в полном объёме всеми характерными признаками территориального субъекта, руководители которых входят в Совет безопасности при Президенте РФ и могут регулярно, не менее одного раза в месяц, встречаться с главой государства, обсуждать с ним проблемы территорий, входящих в соответствующий федеральный округ, в отличие от губернаторов, не имеющих уже такой возможности»[3]. Таким образом, следует предположить, что Указ противоречит Конституции, если признать, что им установлены новые единицы деления территории России, а всякая попытка создать иные единицы деления может быть признанной неконституционной. Однако, возможно, институт полпредства Президента в федеральных округах в случае эволюции России в сторону рынка и демократии, выполнив возложенные на него переходные задачи укрепления государства, будет упразднён. Таким образом, реформы, направленные на укрепление и централизацию государственной власти, начатые Президентом В.В. Путиным, включают две противоположные тенденции: федерализм – стремление адаптировать систему административно-территориального устройства страны к особенностям регионов, учитывать их разнообразие; и унитаризм – универсализацию государственно-правовых норм.

Политика «укрепления вертикали власти» принесла ряд позитивных моментов, особенно заметных на местном уровне: восстановлено правовое и экономическое общероссийское пространство, региональные элиты вынуждены отказаться от ярко выраженной сепаратистской и этнократической политики (особенно это заметно в национальных республиках), для развития институтов местного самоуправления созданы одинаковые правовые условия во всех регионах, во всех без исключения субъектах Российской Федерации стали возможны выборы по партийным спискам.

Однако многие российские исследователи указывают и негативные аспекты политики «укрепления властной вертикали». Как утверждает сотрудник Института региональной политики (г. Москва) В.Г. Казаков, для российского федерализма характерно серьёзное укрепление позиций ряда действующих глав регионов, длительное время пребывающих на своих должностях; продолжение трансформации взаимоотношений региональной государственной власти и института местного самоуправления в сторону дальнейшего «огосударствления» последнего путём попыток встраивания в единую «властную вертикаль»; сокращение возможностей для политического плюрализма зачастую с ярко выраженной и устоявшейся «клановой» (политической или родственной) основой, например, Чечня, Татарстан, Мордовия. Как отмечает В.Г. Казаков, «местные СМИ и, прежде всего, региональная пресса, в финансовом отношении зависят от региональной администрации и поэтому чаще всего поддерживают действующего губернатора»[4].

Более того, в результате политики федеральных властей, на территории Российской Федерации сформировались квазигосударства со своими политическими режимами, чаще авторитарными, самостоятельными финансовыми системами, в которых политическое влияние не подотчётных гражданам и избирателям региональных лидеров, президентов, губернаторов настолько высоко, что в результате во многих регионах страны – республиках, краях, областях – сложилась не «диктатура закона», а режим личной власти их руководителей. Следует также отметить, что большинство региональных политических элит используют лозунг и фразеологию федерализма лишь в целях политической конъюнктуры, формируя на своих территориях авторитарные режимы, например, в Республике Татарстан, на Северном Кавказе. Именно данную тенденцию и решил изменить Президент Д.А. Медведев, заявив об изменении порядка назначения глав регионов: «…[чтобы] предложения по кандидатурам будущих руководителей исполнительной власти субъектов Федерации представлялись Президенту только партиями, набравшими наибольшее число голосов на региональных выборах»[5]. В соответствии с данной инициативой, с 1 июля 2009 г., согласно поправкам к закону «Об общих принципах организации законодательных и исполнительных органов государственной власти субъектов РФ»[6], кандидата на пост губернатора предлагает Президенту не его полпред (по схеме, практиковавшейся с 2004 г.), а партия, победившая на региональных выборах. Таким образом, политический режим Российской Федерации до сих пор не утратил свой демократический потенциал и способность стать инструментом политической и экономической модернизации.

Трансформация авторитарных региональных режимов в Российской Федерации в плюралистические и демократические возможна только посредством вмешательства со стороны федерального центра: восстановления эффективной деятельности судов, уничтожения монополии местных СМИ в информационном пространстве. Однако главной целью региональной политики федерального центра в настоящее время является обеспечение прихода к власти в регионах политиков, лояльных администрации Президента РФ. Следовательно, можно прийти к выводу, что умеренный авторитаризм в «центре» приводит к усилению авторитарных тенденций на «периферии». Более того, основы политического режима в современной России претерпели существенные изменения из-за явных авторитарных тенденций в российской политике, которые ставят под сомнение саму перспективу позитивного развития российского федерализма, так как только нормы и ценности плюрализма и демократии, толерантности и культуры согласия, а также соответствующий уровень экономического развития и благосостояния создают благоприятные условия для федерализма в отдельно взятой стране.

Таким образом, не оправдались надежды на то, что политика «укрепления вертикали власти» станет инструментом антикризисного управления государства в сфере федерализации: она оказалась, скорее, средством укрепления авторитаризма. Прежде всего, как полагает профессор Московского государственного университета природообустройства И.Ю. Залысин, в России существует благоприятная социальная среда для авторитарного режима. Её составляет зависимое от государства или предпринимателей, связанных с госструктурами, работающее по найму население, которое насчитывает подавляющее большинство в социальной структуре общества[7]. Однако, следует отметить, что многие критерии «авторитаризма» в политической жизни России, указанные И.Ю. Залысиным, свидетельствуют не столько об «авторитарности» политического режима, сколько о дисфункциях гражданского общества, экономической и профессиональной несостоятельности многих СМИ и о несовершенстве системы администрирования на федеральном и региональном уровне. Жизнеспособности авторитарного режима способствует и подданническая политическая культура большинства граждан. Так, по данным опроса 1600 россиян, проведённого сотрудниками ВЦИОМ 15-16 марта 2008 г., только 18% респондентов подтвердили свою готовность участвовать в массовых акциях протеста (33% в марте 2005 г.)[8]. Главной причиной падения гражданской активности россиян в политической сфере является их неверие в эффективность их политических действий и инициатив. В то же время, согласно опросу 1600 россиян, проведённого сотрудниками Левада-центра 20-24 июня 2008 г., три четверти всех россиян (73%) не чувствуют себя защищёнными от возможного произвола со стороны государственных структур, две трети (62%) не считают, что могут отстоять в России свои интересы или права в случае их нарушения[9]. Следует предположить, что снижение политической и электоральной активности россиян, наряду с неверием в эффективность деятельности демократических политических институтов, чревато ростом дальнейших авторитарных тенденций в российском обществе.

Отсутствие финансово независимых и экономически самостоятельных центральных и особенно региональных СМИ, партийной системы, основанной на политической конкуренции, а также дееспособных институтов гражданского общества, способно привести к бюрократизации политической системы и нежеланию правящей элиты что-либо менять в сложившемся статусе-кво. Однако при обострении экономических проблем и росте недовольства населения социальными издержками реформ возможно применение испытанных силовых методов регулирования экономики: экспроприация капиталов холдингов, поиск внутренних и внешних врагов, а также культивирование национализма. Факторами, благоприятствующими такому развитию событий, являются авторитарно-уравнительные настроения в российском обществе и социальные издержки, связанные с осуществлением рыночных реформ. В данном контексте следует рассмотреть гипотетическую возможность возврата российской государственности от провозглашаемого демократического политического режима к авторитарному, что приведёт к сочетанию авторитарных институтов с демократическими. В результате «вместо системы политической демократии…налицо реальная возможность регенерации бюрократической государственности или получения её посттоталитарной модификации – корпоративного государства» [10].

Рассмотрев ключевые проблемы становления демократического политического режима в контексте формирования федерализма, следует отметить, что процесс федеративного строительства в России осложняется целым рядом структурных и процедурных проблем и противоречий, которые зачастую полностью дискредитируют идею федерализма. В большинстве субъектов федерации сложились авторитарные или квазиавторитарные политические режимы; дискредитируется принцип выборности глав регионов, так как зачастую кандидатам, утверждаемым местными законодательными собраниями, нет эффективной альтернативы; региональные правящие политические элиты не несут ответственности перед избирателями за результаты своей деятельности и подавляют любые проявления независимой гражданской инициативы. Основным направлением деятельности региональных политических элит становится укрепление собственной власти и борьба за контроль над имеющимися на территории региона ресурсами. Таким образом, сложившаяся система российского федерализма носит скорее квазифедеративный характер, российская федеративная модель переживает кризис. Поэтому одной из первостепенных задач антикризисного управления в процессе построения реального федерализма в России является демократизация региональных политических режимов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Сологубов А.С. Федеральный округ как организационно-территориальная основа деятельности прокуратуры РФ // Право и жизнь. 2006. № 97(7).
2. Указ Президента России от 13 мая 2000 г. № 849 «О полномочном представителе Президента Российской Федерации в федеральном округе» (с последующими изменениями и дополнениями) // Российская газета. 2000. № 92, 93; СЗ РФ. 2005. № 13. Ст. 1135.
3. Добрынин Н.М. Новый федерализм: Модель будущего государственного устройства Российской Федерации. Новосибирск: Наука, 2003. С.39-40.
4. Казаков В.Г. Выборы глав исполнительной власти субъектов Российской Федерации: современные проблемы и тенденции // Вестник Российского университета дружбы народов. Сер.: Политология. 2004. № 1 (5). С. 127.
5. Послание Президента РФ Д.А. Медведева Федеральному Собранию Российской Федерации. 5 ноября 2008 года // Официальный сайт Президента России. Режим просмотра: http://archive.kremlin.ru/appears/2008/11/05/1349_type63372type63374type63381type82634_208749.shtm
6. Федеральный закон от 6 октября 1999 г. №184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» (с изменениями на 18 июля 2009 года, внесенными Федеральным законом от 18 июля 2009 года № 175-ФЗ) // Российская газета. № 4956 от 21 июля 2009 г.
7. Протестные настроения в России – в точке исторического минимума // Пресс-выпуск ВЦИОМ № 908. 24 апреля 2008 г. Режим просмотра: http://wciom.ru/archives/thematic-archive/info-material/single/9875.html?no_cache=1&L%5B1%5D=1&cHash=20d5d2c005
8. Протестные настроения в России – в точке исторического минимума // Пресс-выпуск ВЦИОМ № 908. 24 апреля 2008 г. Режим просмотра: http://wciom.ru/archives/thematic-archive/info-material/single/9875.html?no_cache=1&L%5B1%5D=1&cHash=20d5d2c005
9. Беззащитное большинство // Левада-центр. Выпуск от 4 июля 2008. Режим просмотра: http://www.levada.ru/press/2008070400.html
10. Сташ З.К. Демократические и авторитарные начала современного политического режима России // Вестник Адыгейского государственного университета. 2006. №3. С. 122.

Источник: Влияние глобального экономического кризиса на федеративный аспект функционирования политической системы Российской Федерации [Статья из сборника] // Глобальный экономический кризис: реалии и пути преодоления. Сборник научных статей. Вып. 7. / Под общей редакцией проф. В.В. Тумалеева. СПб.: НОУ ВПО Институт бизнеса и права, 2009. С. 333-338.

©

Вместе с этим смотрят:
Конфликтогенный потенциал российской политики
Российский политический режим
Отечественная модернизация

просмотров: 52
Реклама
Реклама от Google

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Комментируя, вы соглашаетесь с правилами пользования порталом.
Отзывы без указания номера или даты и суммы заказа удаляются!